Швейка изгоняют из сумасшедшего дома...
Feb. 21st, 2010 03:22 pmЯ перечитала Швейка. Последний раз читала этот роман лет 10 назад, кажется.
Восприняла как-то по-новому.
Гашек продиктовал последний абзац романа в январе 1923 года, незадолго до смерти. Роман обрывается. Раньше мне просто было обидно, что "недописано про Швейка", а теперь я углядела в этом некий смысл.
Оказалось, что роман не столько о Швейке, сколько о мировой войне. И что вот эта его недописанность, незавершенность каким-то образом указывает на резкое окончание одной эпохи, эпохт 19 столетия. и начала новой - эпохи катастроф 20 века.
И мне стал понятен тезис одного из современных историков, о том, что, мол, главной трагедией прошлого века была
не Вторая, а именно Первая мировая война. Ведь в этой бойне, в вопиющей неоправданности огромного кровопролития и зародилось страшное мурло будущей трагедии, войны и катастрофы. Только теперь я обратила внимание
на фразы, абзацы, страницы, просто-таки криком кричащие о безумии происходящего вокруг. Впервые мне пришло в голову, что роман Гашека, исполненный антивоенного пафоса, сродни романам того же
Ремарка. В "Трех товарищах" Ремарк чуть ли ни на каждой странице прямым текстом говорит то же, что
твердит читателю и Гашек на каждой странице своей книжки... Людям мыслящим, глубоко чувствующим порой очень и очень заранее видно то, чего не видно простым обывателям... Человечество было изгнано из сумасшедшего дома 19 века на военную бойню века 20-го. Как Швейк.
Гашек не дожил и не увидел, как уродливо и страшно расцвел цветок новой войны в старой прогнившей кадке войны предыдущей.
На этот раз я почему-то меньше смеялась, когда читала.
И опять поразилась, каким блистательным стилистом был Гашек. Чтобы воспроизвести в романе подлинно народный юмор
и не звучать при этом грубо, пошло и по-жлобски, нужно быть человеком тонким, образованным и умным. И необычайно талантливым. Как Гашек.
Восприняла как-то по-новому.
Гашек продиктовал последний абзац романа в январе 1923 года, незадолго до смерти. Роман обрывается. Раньше мне просто было обидно, что "недописано про Швейка", а теперь я углядела в этом некий смысл.
Оказалось, что роман не столько о Швейке, сколько о мировой войне. И что вот эта его недописанность, незавершенность каким-то образом указывает на резкое окончание одной эпохи, эпохт 19 столетия. и начала новой - эпохи катастроф 20 века.
И мне стал понятен тезис одного из современных историков, о том, что, мол, главной трагедией прошлого века была
не Вторая, а именно Первая мировая война. Ведь в этой бойне, в вопиющей неоправданности огромного кровопролития и зародилось страшное мурло будущей трагедии, войны и катастрофы. Только теперь я обратила внимание
на фразы, абзацы, страницы, просто-таки криком кричащие о безумии происходящего вокруг. Впервые мне пришло в голову, что роман Гашека, исполненный антивоенного пафоса, сродни романам того же
Ремарка. В "Трех товарищах" Ремарк чуть ли ни на каждой странице прямым текстом говорит то же, что
твердит читателю и Гашек на каждой странице своей книжки... Людям мыслящим, глубоко чувствующим порой очень и очень заранее видно то, чего не видно простым обывателям... Человечество было изгнано из сумасшедшего дома 19 века на военную бойню века 20-го. Как Швейк.
Гашек не дожил и не увидел, как уродливо и страшно расцвел цветок новой войны в старой прогнившей кадке войны предыдущей.
На этот раз я почему-то меньше смеялась, когда читала.
И опять поразилась, каким блистательным стилистом был Гашек. Чтобы воспроизвести в романе подлинно народный юмор
и не звучать при этом грубо, пошло и по-жлобски, нужно быть человеком тонким, образованным и умным. И необычайно талантливым. Как Гашек.